- Услуги
- Цена и срок
- О компании
- Контакты
- Способы оплаты
- Гарантии
- Отзывы
- Вакансии
- Блог
- Справочник
- Заказать консультацию
История советской психотехники в 20-30-е гг. во многом определялась особенностями социально-экономического и политического состояния тогдашнего российского общества. После 6-летней войны и разрухи в России (Первая мировая и гражданская войны) перед правительством молодой республики встала главная задача – восстановление хозяйства и повышение производительности труда. Еще В.И. Ленин считал, что это “основное условие выживания страны”, поэтому проблеме труда, в частности и психологии труда, уделялось тогда особое внимание.
Возникновение и развитие психотехники в СССР связано с созданием в 1921 г. (по прямому указанию В.И. Ленина) Центрального института труда – ЦИТ во главе с А.К. Гастевым. В том же 1921 г. состоялась 1-я Всероссийская конференция по научной организации труда – НОТ, где председателем был В.М. Бехтерев. Интересно, что Г.И. Челпанов говорил тогда о психотехнике как о “заграничной новинке, не имеющей прямого отношения к психологии”. Правда, на этой (1-й) конференции не было еще будущих ведущих отечественных психотехников (И.Н. Шпильрейна, С.Г. Геллерштейна и др.), которые в скором времени прославили ее на весь мир.
Для того времени можно выделить два основных течения в научной организации труда – НОТ:
Интереснейшим достижением того периода является “тектология”, созданная А.А. Богдановым. Сама тектология определяется как “учение о строительстве”, которое стремится систематизировать организационный опыт человечества в целом и выясняет самые общие организационные закономерности. Примечательно, что термин заимствован у Э. Геккеля, который использовал его применительно к организации жизни живых существ, а у А.А. Богданова – тектология “объемлет организацию вещей, людей и идей”.
Главная идея А.А. Богданова – “рассматривать всякое целое, всякую систему элементов в ее отношении к среде, и каждую часть – в ее отношении к целому”. Лишь много позже похожие мысли начнут высказывать инженерные психологи: сначала говорили о системе “человек – машина”, затем – “человек – машина – среда”, а сейчас – “человек – машина – среда – общество – культура – природа”). Идеи А.А. Богданова созвучны многим современным представлениям об организации, понимаемой как некоторая развивающаяся система. К сожалению, в конце 20-х гг. его подходы были объявлены “немарксистскими”.
Примечательно, что к 1923 году в Советской России было около 60 организаций, так или иначе изучающих проблемы труда. Самыми крупными были центры: Центральный институт труда в Москве, Центральная лаборатория по изучению труда при институте мозга в Петрограде, Институт НОТ в Казани, Всеукраинский институт труда в Харькове и др.
С 1928 г. в СССР начал выходить журнал “Психотехника и психофизиология”, который с 1932 г. переименован в “Советскую психотехнику” (сейчас эти журналы являются библиографической редкостью, ведь был еще и 1936 год…).
С 1928 г. началась активная подготовка психотехников на базе педагогического факультета Второго МГУ (впоследствии – МГПУ им. Ленина, а в последнее время – просто МГПУ).
Уже в 1930 г. на VI Международной конференции психотехников в Барселоне Президентом международной психотехнической ассоциации был избран Исаак Нафтулович Шпильрейн, что несомненно, было свидетельством признания заслуг отечественной психотехники. Но в 1937 г. он погиб в ГУЛАГе, реабилитирован посмертно. К сожалению, сейчас многие студенты-психологи даже не знают о его имени, хотя о его сестре – Сабине Шпильрейн “что-то слышали”. Сабина Нафтульевна Шпильрейн была ученицей З. Фрейда и К.Г. Юнга (с К. Юнгом у нее даже был “бурный роман”). Ее учеником (по знакомству с психоаналитической концепцией) позже стал Ж. Пиаже. Она имела возможность уехать из Советской России, но осталась и работала в Ростове-на-Дону. В 1942 г. ее расстреляли фашисты вместе с другими евреями. Их колонну пригнали в Змеевскую балку под Ростовом и там уничтожили…
Среди наиболее выдающихся советских психотехников 20-30-х гг. можно назвать следующие имена:
Интересные мысли о советской психотехнике по сравнению с зарубежной высказывала в свое время Н.К. Крупская: “…В Стране Советов, наоборот, нас интересует не только производство, но и рабочая масса, рабочий, на этом производстве работающий. Социалистическая психотехника должна обращать сугубое внимание на работника, на то, как та или другая специальность помогает его всестороннему развитию, насколько та или иная профессия дает ему удовлетворение, радость труда”.
Важной основой для развития отечественной психотехники являлась идея “политехнического подхода в профориентации”, суть которого можно выразить примером, приведенным Н.К. Крупской: “…Вот взять завод и изучить все профессии в целом. Потом взять совхоз, изучить профессии в целом. Каждую профессию взять в ее перспективе. Второе – смежные профессии других производств. Из каких профессий в какую легко переключиться”.
К сожалению, с 1930 г. психотехника стала подвергаться критике (например, И.Н. Шпильрейн обвинялся в пропаганде идей дифференциальной психологии В. Штерна как автора “идеалистической персоналистической теории”). 7 апреля 1930 г. было принято “Положение об исправительно-трудовых лагерях”, согласно которому “все тюрьмы превращались в “трудовые фабрики”, а фактически извращалась сама идея свободного труда.
Все это свидетельствует о том, что невозможно оценивать развитие психотехники (как и многих других наук) вне социально-политического контекста (многие об этом сейчас забывают, изображая из себя “чистых” специалистов).